Судьба беженца, или Исчезнувший профессор — тайны истории Забайкалья

100 лет назад в сентябре 1921 года читающую публику в Чите взбудоражило сообщение о побеге в Маньчжурию профессора созданного в городе первого высшего учебного заведения – Института Народного Образования (ИНО). Об этом вузе в газетах того времени так и писали: все три слова с большой буквы.

«Решение о его открытии принято в 1920 году в период Забайкальской белой государственности, — говорится в «Энциклопедии Забайкалья». — Учреждён постановлением правительства ДВР от 15 апреля 1921 года. Приглашения от правительства республики разосланы в разные вузы России. Открыт институт 9 октября 1921-го».

На это приглашение откликнулся и профессор Николай Никифоров, исчезновение которого за несколько дней до торжественного открытия ИНО активно обсуждалось в городе. Одни его резко осуждали, другие завидовали.

Исчезновение профессора

Так называлась заметка в издаваемой в Чите газете «Дальневосточный Телеграф», напечатанная 27 сентября 1921 года. В ней впервые было рассказано об истории, всполошившей город: «В профессорских кругах ИНО большое смущение в связи с загадочным исчезновением профессора по кафедре всеобщей истории Никифорова. Несколько дней тому назад, накануне отправив в Маньчжурию свою жену и мать, проф. Никифоров отлучился из квартиры, предварив домохозяина, чтоб его не ждали.

Прождав 3 дня, обеспокоенный домохозяин обратился к ректору ИНО проф. Огородникову с соответствующим заявлением и предложил вскрыть комнату проф. Никифорова. Вскрытая комната оказалась совершенно пустой. Надо указать, что незадолго до этого проф. Никифоров обращался к минпросу К.С. Шрейберу с просьбой разрешить ему проехать в Маньчжурию, на что получил отказ.

Проф. Никифоровым перед исчезновением были получены 100 руб. зол. жалования, а также ещё одна крупная сумма в валюте. В то же время проф. Никифоров передал одному из слушателей ИНО для передачи ректору рукописи, предназначенные для однодневной газеты в пользу ИНО и находившиеся у него как избранного редактора».

Народный социалист Константин Шрейбер лишь в начале лета занял пост министра и, так как не был большевиком, вызывал недоверие со стороны большевиков, как, впрочем, и ректор ИНО профессор Владимир Огородников. Кем же был пропавший и как и когда он оказался в Чите?

Долгий путь в Читу

Родился Николай Никифоров 29 апреля 1886 года в Киевской губернии. В Киеве же он в 1910 году окончил университет святого Владимира. Блестящего студента-юриста оставили в вузе для подготовки к профессорскому званию. В 1914 году Никифоров сдал магистерские испытания и получил звание приват-доцента. И вплоть до 1917 года в этом звании Николай Иванович работал в родном вузе.

Как отмечала современный исследователь биографии Никифорова Татьяна Яковлева, известными в научном мире в этот период стали его работы — «Освобождение крестьян от крепостной зависимости (1861–1911)», изданная в Киеве в 1911 году, а также «Сеньориальные повинности по наказам Этампского бальяжа 1789 г.», часть которой была удостоена золотой медали — награды университета святого Владимира.

«В эти годы, — отмечала этот исследователь, — сформировался интерес Н.И. Никифорова к историко-экономической проблематике».

Но затем начались революционные потрясения, и вся семья Никифоровых двинулась на восток, даже не предполагая тогда, куда приведёт их эта дорога.

Почему они выбрали Омск, можно только гадать. Но именно в этом городе в том году в политехническом институте Никифоров стал исполнять обязанности экстраординарного профессора по кафедре всеобщей истории. В конце 1918 года здесь утвердился режим адмирала Александра Колчака, провозглашённого верховным правителем России. Несколько месяцев казалось, что вскоре всё вернётся на круги своя. Но уже летом 1919 года белые стали отступать, а осенью побежали. С ними на восток устремились тысячи беженцев. В том числе и семья Никифоровых.

В 1920 году Николай Иванович ненадолго задержался в Иркутске, где был принят на работу профессором в основанный в октябре 1918 года университет. Первым ректором этого университета стал уроженец Забайкалья, педагог и философ Моисей Рубинштейн, сыгравший большую роль и в создании в Чите ИНО.

10 мая 1921 года в газете «Дальневосточная Республика» появилась заметка «Профессура ИНО», в которой сообщалось о приглашении в Читу ряда профессоров из Иркутска, среди них были и профессора Огородников и Никифоров. Первый из них должен был вести курс «Русская история», а второй — курс «Западная история».

3 июня та же газета сообщила, что «из Иркутска в Читу выезжают профессора Огородников и Никифоров, приглашённые Министерством народного просвещения в качестве лекторов Института народного образования». В том месяце они вскоре приехали в Читу и активно включились в работу по созданию нового вуза. В сентябре новости из ИНО сыпались как из рога изобилия. В начале октября ожидалось торжественное открытие вуза. И в это самое время профессор Никифоров исчез из Читы.

«Как волка не корми»

Так назвали заметку в «Дальневосточной Правде», напечатанной 29 сентября, в которой в более краткой и резкой форме повторили то, что было в упомянутой выше заметке «Исчезновение профессора», а на следующий день в этой же газете появился поэтический фельетон «История с историком». В ней смаковали то, что он взял деньги. Кстати, позже появилось опровержение ИНО о том, что Никифоров взял что-то, кроме жалования.

«Сбежал… Вы думаете – кот. [иронизировал некто, подписывавшийся «Ковбой»]
Или кабель какой-нибудь породы?
Нет, не кобель – профессор-патриот
Сбежал в Харбин, взяв денег на расходы.
Конечно, в том беды нет никакой
Для Девеера и России».

То есть даже если бы Никифоров и задумывался о возвращении, все мосты были сожжены. Сделать ему это не позволили ни красные, ни белые.
А ведь Николай Иванович, возможно, такого варианта не исключал. Вот что написала «Дальневосточная Правда» 1 октября: «Неизвестно куда исчезнувший несколько дней назад проф. Никифоров оставил декану факультета проф. Рубинштейну записку. В ней исчезнувший профессор сообщает о своём отъезде, вызванном необходимостью проводить семью в Харбин для лечения; через несколько дней профессор надеется возвратиться в Читу».

В этот же день (1 октября) «Дальневосточный Телеграф» поместил новое сообщение: «В Харбинской газете «Рупор» (№20, от 24 сентября) читаем:

«Приезд профессора… На днях из Читы прибыл проф. Киевского политехнического института Николай Иванович Никифоров. В Харбине г. Никифоров будет читать лекции по истории русского права на высших экономических курсах».

Понятно, что в 1921 году ни сами Никифоровы, ни их читинские друзья и недруги не знали, как сложится дальнейшая судьба бежавшего профессора. Теперь же об этом уже можно рассказать.

Его всё-таки «достали»

С 1 января 1922 года Николай Иванович Никифоров стал работать на юридическом факультете в Харбине, где стал и.д. экстраординарного профессора по кафедре истории русского права.

В 1928 году Никифоров защитил диссертацию «Сеньориальный режим во Франции в исходе старого порядка» на степень магистра всеобщей истории в испытательной комиссии при Русской академической группе в Праге.

И уже в марте 1929 года стал заместителем декана факультета, а с 1 февраля 1930 года до 1937 года, когда факультет был закрыт, был его, как оказалось, последним деканом.

Читал историю русского права, всеобщую историю, историю экономических учений, новейшую всеобщую историю, историю торговли, экономическую политику, политическую экономию, экономическую географию, вёл практические занятия по общей истории и истории русского права, по истории хозяйственного быта и просеминарий по истории русского права. Был редактором журнала «Вестник Маньчжурского педагогического общества». С февраля 1930 года занимался частной практикой.

«В годы харбинской эмиграции, — писала Т.А. Яковлева, — наблюдается постоянное обращение Н.И. Никифорова в своих научных публикациях к темам, раскрывающим историю через взаимосвязь с другими общественными науками, что способствовало развитию целого направления историко-экономических сюжетов.

Можно указать на такие его статьи, как: «Мнемоника в эпоху Возрождения» (студенческая газета «К свету» педагогического института в Харбине, 1926 г.); «Солнце и история» по поводу книги А.А. Чижевского «Физические факторы исторического процесса» (газета «Русское слово», 1929 г.); «Эмоциональные основы цивилизации» (журнал «Аврора», 1930 г.); «Человеческая экология» (однодневная газета «Инвалид», 1930 г.); а также переводы с английского книг Л. Стоддарда «Бунт против цивилизации» и Ф.Г. Хэнкинса «Биологические факторы социальной жизни» (Харбин, 1930–1931 гг.)».

После ликвидации факультета он переехал в Тяньцзинь, где с одним из бывших служащих КВЖД создал частный банк. Но это было не его дело. Позднее он жил в Шанхае, где снова занимался преподаванием и частной практикой.

Но из поля зрения органов госбезопасности он не выпадал, тем более что в начале 30-х годов, тогда в Маньчжурии это было модно, он создал на своём факультете фашистскую организацию. Правда, дальше теории дело не пошло.

Но в 1945 году бежать дальше ему не удалось, он был арестован сотрудниками СМЕРШа и депортирован в Советский Союз. Там профессора осудили на 10 лет лагерей, из которых живым Никифоров уже не вышел. Предположительно скончался он в 1951 году. Он так и не смог убежать…

С заметками из читинских газет 1921 года удалось познакомиться в Забайкальском краевом краеведческом музее им. А.К. Кузнецова и Государственном архиве Забайкальского края.

Источник: https://www.chita.ru/articles/166128/

от admin

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *