Зима 1844 года. Хартфорд, штат Коннектикут. Молодой дантист Хорас Уэллс сидит в первом ряду бродячего шоу «Веселящий газ», которое устраивает местный химик Гарднер Колтон. Один из добровольцев, надышавшийся закиси азота, падает и сильно ударяется об скамью, однако не выражает никаких признаков боли. На следующий день, в свете дня, Уэллс замечает у него глубокий порез — и тот по-прежнему уверяет, что ничего не чувствовал.
Первый эксперимент
Уэллс немедленно видит потенциал: если N₂O отключает болевую чувствительность — это именно то, что нужно стоматологии XIX века, где удаление зуба было настоящей пыткой. На следующий день он просит своего коллегу Джона Риггса удалить ему зуб мудрости под действием газа. Уэллс вдыхает закись азота из мешка, и Риггс проводит удаление. Придя в себя, Уэллс произносит ставшую легендарной фразу: «Это величайшее открытие в истории».
В следующие недели Уэллс успешно применяет N₂O для обезболивания ещё у нескольких десятков пациентов своей практики. Не зафиксировано ни одного серьёзного осложнения. Уэллс убеждён: он открыл нечто революционное, способное положить конец страданиям хирургических пациентов по всему миру.
Бостонская катастрофа
В январе 1845 года Уэллс отправляется в Бостон, чтобы продемонстрировать своё открытие в Массачусетской главной больнице — ведущем медицинском учреждении страны. Пациент, которому предстоит удаление зуба, получает недостаточную дозу N₂O и вскрикивает во время процедуры. Студенты-медики, заполнившие аудиторию, освистывают Уэллса. Газеты на следующий день называют его шарлатаном.
«Уэллс вернулся в Хартфорд сломленным человеком. Он был прав — и никто этого не признавал. Это одна из самых несправедливых историй в анналах медицины» — историк медицины Барбара Местр.
Конец и посмертное признание
Дальнейшая жизнь Уэллса сложилась трагически. В попытках доказать свою правоту он стал сам экспериментировать с различными анестетиками, пристрастился к хлороформу и в 1848 году, в приступе наркотического помрачения, совершил нападение на уличных женщин в Нью-Йорке. Осознав произошедшее, он покончил с собой в тюремной камере, не дожив до 33 лет. Через три недели после его смерти Американское стоматологическое общество официально признало его первооткрывателем анестезии. Запоздалое признание — но всё же.
